Шестой округ усилил защиту по CAT: что это меняет

Фактчек: 22 июля 2026 года Шестой окружной суд США пересмотрел решение Совета по иммиграционным апелляциям (BIA) в деле Maher Sabri Hanna v. Todd W. Blanche и отправил его на новое рассмотрение. Суд указал, что при заявлениях по Конвенции против пыток (CAT) иммиграционные органы обязаны оценивать совокупный риск пыток, а не отдельные эпизоды поодиночке, и должны внятно объяснять, почему в одних делах принимают экспертов как специалистов, а в других — отказывают им без ясной логики. Это решение важно для всех, кто просит защиту по CAT и полагается на экспертные заключения.

Thank you for reading this post, don't forget to subscribe!

Для русскоязычных иммигрантов, находящихся в процессе депортации или подающих ходатайства о защите, позиция Шестого округа — сигнал, что федеральные суды внимательно следят за тем, как BIA и иммиграционные суды обращаются с доказательствами риска пыток и с мнениями экспертов. Хотя это решение напрямую действует в пределах Шестого округа (штаты его юрисдикции), его аргументация может влиять и на другие суды и стратегии защиты.

Речь идет не о введении новой программы, а о том, как должны применяться уже существующие международные обязательства США по Конвенции против пыток. Для многих людей это последний шанс остаться в стране, когда убежище и отмена удаления уже отклонены.

Суть решения Шестого округа по делу Hanna v. Blanche

По имеющимся данным, 22 июля 2026 года Шестой окружной апелляционный суд США принял сторону заявителя в деле Maher Sabri Hanna v. Todd W. Blanche и удовлетворил ходатайство о пересмотре решения BIA. Суд не стал самостоятельно решать вопрос о предоставлении защиты, но вернул дело на новое рассмотрение, указав на две ключевые ошибки иммиграционных органов:

• отсутствие анализа совокупного риска пыток по заявлению в рамках CAT;
• необъясненная непоследовательность в том, как BIA и/или иммиграционный суд оценили квалификацию и показания экспертных свидетелей.

Иначе говоря, федеральный суд не согласился с качеством анализа, который провели иммиграционный судья и BIA, и потребовал больше логики, прозрачности и учета всех факторов в совокупности.

Это типичный пример того, как федеральные апелляционные суды контролируют работу иммиграционной системы. Теоретически каждый заявитель на защиту по Конвенции против пыток может ссылаться на подобные решения при апелляции, особенно если его дело рассматривается в пределах юрисдикции Шестого округа.

Что такое «совокупный риск» по Конвенции против пыток

Защита по CAT отличается от убежища и отмены депортации. Для CAT важно не то, к какой группе относится человек, а то, подвергнется ли он пыткам при возвращении на родину с участием государства или с его согласия либо молчаливого одобрения.

Шестой округ напомнил, что иммиграционные органы должны оценивать именно совокупный риск пыток. Это означает несколько важных моментов:

• Все угрозы суммируются. Если заявителю грозят разные виды опасности (от полиции, специальных служб, криминальных групп, экстремистов), суд не может рассматривать каждую угрозу как «недостаточную» по отдельности и на этом основании отказывать. Нужно посмотреть, к чему приводит все в сумме.
• Учитываются все обстоятельства. Личный опыт преследования, политическая или религиозная активность, публичность оппозиционной позиции, родственные связи, этническое происхождение, военный опыт и другие факторы могут усиливать риск.
• Допускается риск менее 50% для каждого отдельного эпизода. Важна итоговая вероятность того, что человек столкнется с пытками, если его депортируют. Несколько «менее вероятных» сценариев вместе могут дать вполне реальный риск.

Судя по описанию новости, именно такого комплексного подхода не хватало в деле Hanna: BIA, по мнению Шестого округа, рассматривал обстоятельства слишком фрагментарно.

Для заявителей на CAT это хороший прецедент: он подтверждает, что иммиграционные органы не могут «разбивать» ваши страхи на части и обесценивать каждую в отдельности, игнорируя общую картину.

Почему важна последовательность в оценке экспертов

Вторая ключевая тема решения — это работа с экспертными свидетелями. В делах о защите по CAT эксперты играют огромную роль: они объясняют ситуацию в стране, уровень насилия, практику спецслужб, отношение к определенным группам, а также проверяют правдоподобие рассказа заявителя.

Шестой окружной суд указал, что иммиграционные органы должны последовательно объяснять, почему в одних случаях они признают человека экспертом, а в других — нет, особенно если речь идет об одном и том же специалисте или о похожем профиле эксперта.

По имеющейся информации, в деле Hanna суд обратил внимание на следующее:

• агентство по-разному оценило квалификацию эксперта без ясного объяснения, чем дела отличались;
• не было внятно объяснено, почему часть экспертных выводов игнорируется или обесценивается;
• такой подход создает ощущение произвола и нарушает обязанность мотивированно объяснять решения.

Для заявителей это означает, что:

• приглашение грамотного эксперта по стране происхождения, политике, правам человека или конкретной теме (например, пытки в тюрьмах, насилие со стороны силовиков) остается очень сильным инструментом;
• если суд или BIA неожиданно «объявляют» эксперта некомпетентным или игнорируют его выводы, у вас появляется дополнительный аргумент для апелляции;
• чем лучше документирована квалификация эксперта (образование, публикации, отчеты для правозащитных организаций, предыдущие выступления в судах), тем сложнее иммиграционным органам будет обосновать отказ от его мнения.

Иммиграционные дела не подчиняются формальному правилу прецедента так же строго, как дела в федеральных судах, но логика Шестого округа может использоваться адвокатами по всей стране как убедительный аргумент.

Почему это важно для заявителей из России, Украины и других стран СНГ

Новость напрямую касается дела конкретного заявителя, но выводы суда легко проецируются на многие кейсы выходцев из России, Украины, Беларуси, стран Центральной Азии и Южного Кавказа, где часто фигурируют:

• угрозы со стороны силовых структур или спецслужб;
• преследования по политическим, религиозным или иным мотивам;
• риски пыток в тюрьмах или при допросах;
• насилие со стороны частных групп, которое власти фактически поощряют или игнорируют.

Совокупный риск, о котором говорит Шестой округ, особенно важен для людей со сложной историей: например, когда человек одновременно

• критиковал власти в соцсетях;
• уже попадал в поле зрения спецслужб;
• проходил военную службу или отказывался от нее;
• принадлежит к меньшинству, которое традиционно подвергается дискриминации.

В таких ситуациях нельзя рассматривать каждый фактор как несущественный. Вместе они превращаются в реальную угрозу пыток или бесчеловечного обращения.

Кроме того, для стран постсоветского пространства эксперты по правам человека, политике и силовым структурам часто дают критически важные заключения, которых в открытых источниках просто нет. Если иммиграционный суд или BIA игнорируют эти заключения без объяснений, то, опираясь на логику решения Шестого округа, можно требовать более тщательного пересмотра.

Практические выводы для заявителей и адвокатов

Хотя окончательные детали решения Hanna v. Blanche лучше изучать по официальному тексту суда (сайт Шестого округа), уже сейчас можно выделить несколько практических рекомендаций.

1. Стройте дело по CAT с учетом совокупного риска.

Важно не просто перечислить эпизоды угроз или насилия, но и показать, как они складываются в единую картину. В заявлении и показаниях следует:

• подробно описывать все источники опасности (государство, полиция, спецслужбы, криминал, радикальные группы);
• объяснять, как они между собой связаны и почему именно вы оказываетесь мишенью;
• подкреплять рассказ отчетами правозащитных организаций, новостями, докладами ООН или Госдепартамента США.

2. Не экономьте на экспертных заключениях.

Судя по требованиям Шестого округа, грамотные эксперты становятся еще более весомым элементом защиты. Полезно привлекать специалистов, которые:

• регулярно публикуются по теме страны или группы риска;
• имеют опыт работы с международными организациями или правозащитными НКО;
• уже выступали в иммиграционных судах или писали экспертные отчеты для подобных дел.

Важно собрать и приложить к делу резюме эксперта, список публикаций, участия в конференциях, отчеты, ссылки на его исследования. Чем яснее его статус, тем сложнее будет отвергнуть его как «недостаточно компетентного».

3. Фиксируйте непоследовательность в решениях суда и BIA.

Если в вашем деле судья или BIA оценивают эксперта иначе, чем в похожих делах (особенно в одной и той же юрисдикции), это стоит прямо отмечать в апелляционных доводах. Аргументация Шестого округа подсказывает, что:

• суды не приветствуют произвол и «двойные стандарты»;
• необъясненные расхождения в оценке экспертов могут быть основанием для отмены решения и пересмотра;
• ссылки на решения федеральных апелляционных судов по аналогичным вопросам усиливают позицию защиты.

4. Учитывайте географию дела.

Шестой окружной суд рассматривает дела из определенных штатов (подробный перечень можно уточнить на его официальном сайте). Решения именно этого суда являются обязательными для иммиграционных судов и BIA при рассмотрении дел в пределах его юрисдикции.

В других округах суды не обязаны следовать логике Шестого, но его выводы могут использоваться как убедительный пример. В ряде случаев федеральные суды ссылаются на коллег из других округов, если согласны с их аргументацией.

5. Не путайте CAT с убежищем.

CAT — это отдельный вид защиты. Он может быть доступен даже тем, кому отказали в убежище или отмене удаления. При этом стандарт доказанности по CAT иной: не надо доказывать принадлежность к «защищаемой группе», но нужно показать реальный риск пыток при возвращении. Решение Шестого округа именно об этом стандарте — его нельзя занижать, игнорируя совокупность факторов.

FAQ

Кого напрямую касается решение Шестого окружного суда по делу Hanna?

Прямо оно касается дел, рассматриваемых в юрисдикции Шестого округа и связанных с защитой по Конвенции против пыток. Однако его аргументация может быть использована как пример и в других округах.

Означает ли это решение, что получить CAT станет проще?

Решение не снижает стандарт доказанности, но требует от иммиграционных органов более честного и полного анализа совокупного риска и последовательного отношения к экспертам. Это усиливает защиту заявителей, если их дело было рассмотрено поверхностно.

Можно ли ссылаться на это решение, если мое дело не в Шестом округе?

Да, адвокаты могут ссылаться на логику решения как на убедительный пример. Но для других округов это не обязательный прецедент, а скорее авторитетный аргумент.

Обязательно ли привлекать эксперта в делах по CAT после этого решения?

Формально нет, но на практике экспертные заключения становятся еще более важными. Они помогают показать общий контекст и усилить доводы о совокупном риске пыток.

Поможет ли это решение, если BIA уже отказал в защите по CAT?

В некоторых случаях да. Если отказ основывался на фрагментарном анализе риска или необъясненном игнорировании экспертов, логика решения Шестого округа может стать аргументом в ходатайстве о пересмотре или в петиции в федеральный суд.

Относится ли это к убежищу или только к CAT?

Решение формально касается CAT, но подход к оценке доказательств и экспертов может косвенно влиять и на дела об убежище, особенно когда суды рассматривают один и тот же факт-паттерн.

Читайте также

Следите за обновлениями раздела новостей, чтобы не пропустить важные изменения в иммиграционной политике и судебной практике США.

Главный вывод

Шестой окружной суд четко напомнил иммиграционным органам: в делах по Конвенции против пыток нельзя игнорировать общую картину угроз и произвольно обесценивать экспертов. Для русскоязычных заявителей это означает, что у них появляется дополнительный инструмент защиты, особенно если прошлые решения суда или BIA были поверхностными и противоречивыми. Важно грамотно выстраивать доказательства совокупного риска, документировать квалификацию экспертов и при необходимости использовать федеральную судебную практику для оспаривания отказов.